Overview of key mVAS flows and regional features

Overview of key mVAS flows and regional features

Introduction
mVAS (mobile Value-Added Services) are paid mobile services (content subscriptions, entertainment services, etc.) for which the user pays directly through their mobile operator account. A conversion flow is the path a user takes from clicking an advertisement to subscribing and having the payment charged to their account. There are several types of mVAS flows that differ in the number of confirmation steps and the billing method. In this article, we will review the main types of flows — from One-Click to PIN-submit and Click2SMS — analyze their advantages and disadvantages, and compare the popularity of different schemes across regions (MENA, LATAM, Europe). In addition, we will discuss risks (refunds, bans, regulatory restrictions) when working with various flows and provide recommendations for choosing the optimal approach depending on conditions.

Main Types of mVAS Flows

1-Click Flow

Description:
The simplest subscription path is One-Click. A user only needs to click once on a banner or button on the landing page, after which the subscription is activated instantly[4]. No additional screens or confirmations are required — by clicking, the user effectively agrees to the paid subscription, and the payment is charged to their mobile account[5]. After that, the subscriber receives an SMS notification about the service activation, and access to the content is granted.

Advantages:

  • Maximum simplicity for the user. Minimal friction leads to the highest conversion rate, as only one click is required[4]. This benefits webmasters because more subscriptions are generated with the same traffic volume.
  • Fast payment flow. Such offers typically have minimal hold periods: partners receive payouts for conversions faster compared to more complex flows[6].

Disadvantages:

  • Risk of accidental subscriptions. Without additional confirmation, there is a high likelihood that some users will subscribe unintentionally. This results in a high percentage of quick cancellations and complaints. To reduce claims, payouts for 1-click offers are usually lower (compensating for the high conversion rate).
  • Limited applicability. In most developed countries (Tier-1/2), such flows are prohibited by regulations or operators due to double consent and consumer protection requirements. One-Click remains primarily a feature of less regulated markets.

2-Click Flow

Description:
A slightly more friction-heavy option is Two-Click. The user first clicks on an advertisement or button, then sees an intermediate page requesting confirmation of the subscription. They must click again (“Confirm”/“Agree”), and only then is the service activated. Another variation involves the first click leading to an informational landing page and the second to the billing page for final confirmation. Thus, the 2-click flow includes two consent steps.

Advantages:

  • Still simple and fast. Despite the additional step, the 2-click flow remains fairly easy for the user (much simpler than entering a phone number or PIN). Conversion is only slightly lower than with 1-click, while user awareness is higher.
  • Fewer accidental subscriptions. The confirmation screen displays tariffs and conditions, reducing unwanted subscriptions and subsequent complaints.

Disadvantages:

  • Claims are still possible. Although 2-click reduces errors, it is still considered Single Opt-In. In some markets, regulators require Double Opt-In, so 2-click flows may be deemed insufficiently secure.
  • An extra step may filter out some users. A small percentage of traffic is lost between the first and second screens (some users change their minds or do not wait for the page to load). However, the drop-off is usually minor.

PIN-submit (PIN Code Confirmation)

Description:
PIN-submit is a classic example of Double Opt-In: the subscription is confirmed by entering a one-time PIN received via SMS. The flow works as follows: the user clicks on an advertisement and lands on a page with a form. If they are using mobile internet, their number may be automatically detected via Header Enrichment and inserted into the form[14]. The user then presses “Get code,” receives an SMS with a short PIN (usually 4–6 digits), enters it on the page, and clicks “Confirm.” After correct entry, the subscription is activated.

If automatic number detection is unavailable (for example, when using Wi-Fi), a Wi-Fi PIN submit is used: the user manually enters their phone number, requests the code, receives it via SMS, and enters it back on the site.

Advantages:

  • High-quality subscriptions. Double Opt-In ensures that the user intentionally subscribed because it requires an active step (entering the PIN). This practically eliminates accidental or fraudulently imposed subscriptions. Complaints and refunds are minimal.
  • Broad regulatory approval. In most countries, PIN flows meet informed consent requirements. Operators often insist on PIN as a mandatory step for paid subscriptions, especially in Tier-1 regions. Therefore, such offers are available almost everywhere and are considered the most compliant.

Disadvantages:

  • More steps mean lower conversion. This is the longest flow for the user: they must wait for the SMS, switch to messages, read the PIN, return to the site, and enter the code. Each step loses part of the audience. As a result, the conversion rate is lower than with one-click flows.
  • Dependence on SMS delivery. If the code is delayed or not delivered, conversions are lost. Poor connectivity or overloaded SMS gateways can become problematic. Some users may also have paid SMS blocking. All of this introduces technical risks.

Click2SMS (Premium SMS, MT/MO Flow)

Description:
Click2SMS is a subscription flow via sending an SMS from the user’s phone. After clicking an advertisement, the device opens the default messaging application with pre-filled text and recipient number (a short operator number). The user presses “Send,” generating a Mobile Originated (MO) SMS that confirms the subscription. Typically, an incoming SMS (Mobile Terminated, MT) follows with a PIN code or confirmation, activating the service.

Variations:

  • MO flow: The user sends a keyword to a short number (for example, “YES” or a service code). This is often required where auto-filled SMS is prohibited.
  • MT flow: The user enters their number on a site and receives an SMS with a PIN or confirmation request. Essentially a variation of PIN-submit.

Advantages:

  • Works even on Wi-Fi. Unlike direct billing, Click2SMS does not require mobile internet – only a SIM card and SMS capability[24].
  • Deep user engagement. Because the user actively sends a message or enters a PIN, confirmed conversions have minimal cancellation risk. Such leads are valued higher, and payouts are usually greater than for 1-click conversions.

Disadvantages:

  • Complex and lengthy process. Users must switch to SMS, understand the message, and sometimes pay for sending it. Many are discouraged, resulting in lower conversion than web-click flows[9].
  • Dependence on SMS services. If short numbers are unavailable or messages fail, subscriptions collapse. Operator rules for Premium SMS also vary, complicating campaign launches.

Billing Page Flow (Operator page)

Description:
After clicking “Subscribe,” the user is redirected to the operator’s official payment page or an embedded iframe. It displays service details, pricing, and an operator consent button. The final step occurs on the operator’s side rather than a third-party landing page[26].

Advantages:

  • Increased trust and transparency. Seeing a familiar operator page builds confidence. Terms are displayed officially, reducing disputes.
  • Compliance with operator requirements. Many European operators mandate their payment pages for Direct Carrier Billing subscriptions.

Disadvantages:

  • Additional redirect. Extra loading time can slightly reduce conversion.
  • Limited customization. Operator pages are standardized and harder to optimize for marketing.

USSD Flow

Description:
USSD confirmations involve instant command dialogs on the phone. The user clicks an advertisement, is redirected to a page simulating dialing a USSD code, presses a number (for example, “Press 1 to confirm”), and the operator processes the request. Funds are deducted, and the subscription is activated.

Advantages:

  • No SMS or internet required. Works via telecom signaling channels.
  • High security. The user initiates the request directly.

Disadvantages:

  • Country-specific. Mostly used in Kenya and parts of Africa.
  • Limited interface. Text-only menus may reduce engagement.

Comparison of Flows by Region (MENA, LATAM, Europe)

Why are flows distributed this way?

  • MENA: Strong regulatory and operator control requires double confirmation (PIN or SMS), making PIN flows dominant[31][16]. One-click is seen as too risky.
  • LATAM: The carrier billing market is relatively new and still evolving[36]. Some countries allow simplified flows, but operators increasingly introduce PIN and Double Opt-In to build trust[32].
  • Europe: Experienced a mobile subscription boom and crisis in the 2010s, resulting in strict consumer protection rules. Double confirmation is mandatory, often via PIN or branded protocols.

Risks and Issues Across Flows

  • High churn and refunds with simpler flows due to impulsive subscriptions.
  • Operator bans if complaint levels rise[37].
  • Regulatory penalties including forced refunds and fines.
  • Fraud risks such as clickjacking or malware-based subscriptions.
  • Advertising network restrictions: Platforms like Facebook and Google Ads often reject 1-click flows as potentially deceptive.

Conclusion:
High-risk flows involve minimal user engagement (1-click). Safer options — PIN and SMS — produce fewer but more reliable conversions.

Regulation and Requirements by Region

MENA

Strong operator oversight, mandatory confirmations, service pre-certification, cultural content restrictions, and pricing limits[45].

LATAM

Regulation is expanding. Brazil introduced a double opt-in mandate after scandals. Operators require service registration and monitor complaints.

Europe

The strictest standards emphasize transparency, dual confirmation, billing gateways, spending limits, and GDPR compliance with stored consent logs.

Recommendations for Choosing a Flow

  • Follow market requirements. Use PIN where mandated[11][18].
  • Match the flow to traffic quality. Simple flows suit broad traffic; PIN suits targeted or premium services.
  • Analyze the balance between conversion rate and payout. Higher conversion often means lower payout and vice versa[9].
  • Stay compliant and transparent. Avoid automation tricks that trigger fraud detection[40].
  • Consider audience habits. Align flows with local user behavior.

Final Thought:
mVAS is a vertical of opportunity but also responsibility. Choosing and implementing the right flow in the correct region can deliver excellent results — simple flows in Africa, high-quality PIN subscriptions in MENA, and fully compliant niche services in Europe. Experiment, but always respect local rules to build a sustainable mobile subscription business.

Share
Share on facebook
Share on linkedin
Share on telegram
Share on whatsapp

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

История Марии

 CFO 

Можешь рассказать, где ты была в момент начала войны?

24 февраля, около 6 утра, меня разбудил звонок телефона. Звонил сын моего мужа, который проживает в Киеве. «Началось… Нас бомбят», -сказал он.  Я спросонья  не поверила, что это может быть правдой! Никто не верил, пока мы не услышали взрывы рядом с нами. Бомбили Васильковский военный аэродром и военные части в Белой Церкви. Мы живем в сельской местности между этими городами. Над крышами наших домов часто пролетали крылатые ракеты.

Были слышны свист и гул, а потом неприятный запах горелого ракетного топлива. До сих пор вижу перед глазами тот момент, когда над нашей крышей пронеслась ракета и минуты через две, возможно меньше, произошел взрыв. Такое зарево я видела только в кино – словно огненный гриб после ядерного взрыва. Ракета попала в нефтебазу в с. Калиновка, в километрах 15-ти от нас. Я даже не могу себе представить, что пережили люди, находившиеся рядом с этим местом. Потом последовала оккупация половины Киевской области. Мои родственники прожили под оккупацией два месяца – без света, связи, в постоянном страхе за свою жизнь.

Оккупанты находились в получасе езды на автомобиле от нас. Но мы всей семьей все-таки решили остаться в Украине! Дома! Подготовили погреб для укрытия на случай бомбардировок и молились. Верили в то, что скоро все закончится.

В первые дни полномасштабного вторжения были ли прилеты в твой поселок? 

Нет. В первые дни полномасштабного вторжения над нашей местностью постоянно летали самолеты, причем ночью. Было страшно. Моя младшая дочь при звуке летящего самолета закрывала уши, громко кричала и плакала. Только спустя несколько месяцев мы узнали, что это были русские Ил-76, которые планировали высадку десанта в нашем районе. Огромное спасибо нашим защитникам за то, что они не допустили этого.

После деоккупации Киевской области стало немного легче. Страх перерос в злость и ненависть. 

Какая обстановка в твоем поселке сейчас?

Сейчас в нашей местности спокойно, за исключением тех особых дней, когда русские запускают по нам по 100 ракет.

Их сбивают над нашими головами, поэтому стараемся сидеть в укрытии в это время.

По всей Украине сейчас сильные перебои с электричеством, но мы уже привыкли к этому. Для бесперебойной работы используем аккумуляторы, стираем и пылесосим по графику. Лучше сидеть без света, чем рисковать попасть под атаку русских.

Остаемся дома, в Украине. Молимся. Донатим на армию. Верим в победу. Все буде Україна!

История Насти:

 Business Development Manager / PR 

Ты верила в то, что война могла начаться?

Хотелось бы сказать: “Ничего не предвещало беды…”, но на самом деле тревожных звоночков было очень много. Стянутая к границам армия, новостные рекомендации о том, как собрать тревожный чемоданчик, а также другие нагнетания со стороны СМИ… 

Но я не хотела верить в это, каждый раз думала: “Да не может быть, какая война в 21 веке”. И эта мысль иногда по сей день приходит мне в голову. Но реальность подтвердила: “Может”.

Откуда ты родом?

Я родом из небольшого города на берегу теплого Азовского моря – Бердянска. Переехала учиться в Запорожье, осталась там жить и там познакомилась с Драконами. По стечению обстоятельств вернулась в родной город и начала обустраивать свою квартиру, строить планы на будущее. Последние полтора года до войны я провела в Бердянске.

Для меня февраль всегда насыщенный месяц. Этот год не стал исключением. Только отгремели новогодние праздники, активная подготовка компании к конференции в Дубаи, уроки вождения, планирование отпуска на начало марта и исполнение заветной мечты (экзамен PADI и международный сертификат дайвера).

 Все разбилось в одно утро.

Можешь рассказать, о событиях которые происходили 24-го числа?

День 23 февраля был длинным, с кучей задач и планов. Помню, что по окончании рабочего дня я еще долго крутила в руках подаренную на день рождения профессиональную маску для подводного плавания, потом зачем-то затеяла стирку и села учить правила проезда на перекрестках 😂.

Уснула около 3 часов ночи, а примерно в 5 утра проснулась от … тогда я не понимала, от чего.

Громкий взрыв, какой-то хлопок, а следом за звуком – волна.

Что ты чувствовала в тот момент?

Я никогда раньше не ощущала такого: как будто изнутри все органы резко сжались и подступили к горлу, на мгновение стало тяжело дышать, а потом резко упали обратно. Я соскочила с кровати и поймала телевизор, который пошатнувшись, чуть не упал с комода.

Полное непонимание, что происходит.

СМС маме: “Слышала? – Да. Что же это? – Не знаю”.

Я побежала в ванную, чтобы умыться холодной водой, потом тупо смотрела на струю и пыталась собрать мысли – меня отвлек звук.

Сообщение от друга: “Настя, началась война, включи телевизор”.

Я попала как раз на трансляцию новостей с фразой “мною было принято решение…”. Нет, так не бывает, так не может быть. Я отрицала реальность, пыталась лечь спать, думая, что все пройдет. Но потом случился еще один взрыв.

Уже знакомые сообщили мне, что это взрывы, нас бомбят. Весь день 24 февраля прошел в попытках работать, чтобы увести куда-то свои мысли. Новости мешали, отвлекали и вызывали внутренний конфликт. Но отключить их было невозможно. Казалось, что нужно быть в курсе каждой секунды.

Первые дни можно охарактеризовать двумя словами: страх и непонимание. При первых воздушных тревогах мы все организованно спустились с соседями в подвал. Я думала, что все будет происходить  как в фильмах: сирена, пролетели самолеты, что-то где-то взорвалось, на утро мы выйдем на улицу, увидим разрушения, но все закончится. Но все оказалось не так. Все было совсем не так.

Пряталась в подвале от ракет и продолжала работать

А потом начался следующий этап – оккупация. Войска вошли в город 27 февраля. Всюду были танки, вооруженные солдаты, тяжелая военная техника с надписью “Z”. Я переехала к маме, потому что оставаться одной в квартире было очень страшно. Под окнами моей квартиры стояли танки и ракетные установки. Наш город стал плацдармом для обстрела Мариуполя (расстояние между городами около 80 км).

Было больно видеть всю эту технику и оккупантов  на улицах моего города. Они среди бела дня похищали людей и паковали их в автозаки, стреляли, угрожали оружием. Пропал газ, было очень холодно без отопления и возможности приготовить еду. Напряжение в сети было очень нестабильным, так что включить обогреватель или кондиционер возможности толком не было. Потом пропала связь. Первый раз на несколько дней, а потом на 10 дней. Пропала связь – это не плохой коннект, это вообще НИКАКОЙ. Нет интернета, телевидения, радио, и не работает ни один мобильный оператор.

 Мы были отрезаны от мира. Люди собирались в парках, договариваясь со знакомыми о импровизированных точках сбора (но нужно было аккуратно, потому что большое скопление людей могло рассматриваться как угроза и приводить к арестам). Купить что-то в магазинах было очень сложно. Уже 24-25-го в банкоматах закончилась наличка, из-за перебоев со связью терминалы тоже не работали. Бензина на заправках не было, а перекупщики просили около $250 за канистру.

В те дни через наш город началась эвакуация людей из Мариуполя. Мы все становились лакмусовой бумагой, слушая эти истории. Люди старались помочь переселенцам чем могли: едой, жильем, одеждой.

Почему ты оставалась в Бердянске?

1 апреля, как только появилась связь, со мной связалась Ксения и сообщила, что есть возможность уехать. Признаюсь, я не хотела уезжать и всячески отказывалась. Была дикая стадия отрицания. Моя семья здесь, это мой дом, мой город. Почему эти захватчики могут ходить по моим улицам, а я нет? 

Команда настояла, и я согласилась ехать. Была только одна мысль: мне надо продолжать работать и как-то помогать близким. Сборы были быстрые: небольшой чемодан и переноска с котом (без него никуда).

Расскажи, как ты выезжала из Бердянска?

Дорога не была легкой. 17 рашистских блокпостов, осмотр на каждом: документы, просмотр фото и смс, личные вещи, косметичка, нижнее белье, коврик кота…. Дурацкие вопросы. Всюду техника: установки Град, танки, ракетные установки прямо в огородах людей. Под г. Орехов попали под обстрел, ехали прижав голову к коленям и со включенной на всю мощность музыкой (спасибо нашему водителю, создавал атмосферу как мог).

Помогаю нашим ребятам

Так я добралась в Запорожье, и тут и осталась. Было много споров, в том числе с моей командой, по поводу того, чтобы я ехала дальше. Город прифронтовой, часто прилеты. Но я осталась и по-прежнему не жалею. Тут началась новая страница моей жизни: новый дом, новые задачи.

Пока была возможность, закупали и отправляли жизненно необходимые лекарства в родной Бердянск (в основном инсулин и L-тироксин, гормон щитовидной железы). Ездили за людьми в уже оккупированный Энергодар. Затем было знакомство с моими невероятными НГУ-котиками, бригадой артиллерии, благодаря которым я стала военным волонтером.

Что в этот момент было самым сложным для тебя?

Самым сложным для меня было позволить себе жить и чувствовать свои эмоции. В какой-то момент я поняла, что подавляю их. Было стыдно ныть или жаловаться на какие-то свои проблемы, потому что “кому-то хуже – сейчас вообще не до этого и т.д.” Сложно было принять очень горькую истину: “Война – это тоже форма жизни”. И нужно уметь в ней жить свою.

Искать ежедневные радости в простых вещах, работать, влюбляться и расставаться, пить кофе по утрам и делать ноготочки. Да, между взрывами ракет,  под вой сирен и после похорон близких людей,  бывает очень трудно. 

Тебе бывает страшно? 

Конечно бывает, иногда одолевает леденящий страх и паника, и подступает ком в горле. Иногда просыпается маленький капризный ребенок, который топает ножками и ревет “так быть не должно, не хочу-не буду”. И еще бывает страшно, когда возникает мысль, что лучше уже не будет. Но это только моменты, очень важные для проживания и осознания ситуации.
По-другому уже не будет, это точно. А самое лучшее впереди!

Как говорит один из моих друзей, который сейчас служит: “Пока мы живы, нет проблем – только временные неудобства”. И мы их преодолеем. Спасибо нашим военным и в первую очередь моим любимым “подопечным” за то, что они борются за нашу свободу и жизни. Спасибо моей работе и партнерам, которые часто поднимают настроение и помогают погрузиться в другой удивительный мир аффилиэйт-маркетинга. И, конечно же, нашей невероятной команде, а точнее даже семье Драконов. 

💜 И всем-всем за поддержку и сопереживание.

История Оли:

Designer

Можеш розповісти, як ти дізналася про початок війни?

120-тисячні війська на наших кордонах хоч і нагнітали атмосферу, проте я до останнього не вірила в те, що 24 лютого прокинусь о 5 ранку від маминих слів «почалась війна».

 

Звідки ти родом?

Я із Запоріжжя, що близько до східних кордонів, тож хвилювалася, що місто опиниться під окупацією.

2 дні наважувалася покинути дім, а потім пошуки бензину, готівки, прокладання маршруту, 2 години на пакування всього життя в машину, 2 доби на добратися до прихистку в Кам’янець-Подільському.

Вже пройшов рік повномасштабного вторгнення, як ти себе почуваєш зараз?

Чесно, хоч життя увесь цей рік сповнене страху, спустошеності й невизначеності — я не буду нити, бо 👇

Моє місто — стоїть.

Люди — дають відсіч.

Україна — в серці.

       

Нова реальність

История Ксении:

CEO

Можешь рассказать, где ты была в момент начала войны?

Я, наверное, начну с предыстории  о том, как я оказалась в Буче 24 февраля. Всю свою жизнь я жила в Запорожье, но за год до войны у меня появился страх, что боевые действия начнутся именно в моем городе, потому что он находится близко к Донецку, к линии фронта. Я приняла решение переехать ближе к столице и продала свою недвижимость в Запорожье, чтобы приобрести квартиры в Ирпене (кто у нас горе инвестор – Я).

Жили мы семьей в соседнем с Ирпенем городе – Буча. Ирпень и Буча — это маленькая Европа в пригороде Киева, где на улице в основном ты встречаешь молодых родителей, гуляющих с детьми и собаками.

 

23 февраля ко мне в Бучу приехали мои коллеги из разных уголков страны, чтобы вместе вылететь 24-го числа из Борисполя в Дубай на AW конференцию. Чемоданы с нарядами и промкой были собраны, но чувство, что мы никуда не полетим не покидало меня последнюю неделю. Параллельно с этим у меня был собран «тревожный чемоданчик» в случае, если война начнется и потребуется срочная эвакуация.

Утром 24-го февраля мы проснулись от звуков взрывов, доносящихся из соседнего Гостомеля и шума истребителей, пролетающих над нашими домами на низкой высоте. Но мы не паниковали, ведь были готовы к этому.

Самое главное правило – покинуть место происшествия немедленно, уехать как минимум на 50 километров от опасной зоны. И это решение спасло нам жизнь, так как уже на следующий день, 25-го числа, Буча была оккупирована, и, как известно, там произошли ужасные события. 

К сожалению, многие жители Бучи не рискнули уехать в первый день, они рассчитывали, что все быстро закончится и лучше переждать в подземных парковках или подвалах.

Наши соседи

Какими были твои действия?

Мы быстро собрали необходимые вещи и выехали в сторону западной Украины. Помню, как паковала теплые одеяла, потому что на улице был мороз, и мы не знали где нам придется ночевать. Увидев огромную пробку на Житомирской трассе нам пришлось строить маршрут через села, чтобы объехать затор и найти заправку, так как бензина нигде не было.

Первую ночь мы вынуждены были провести в машине, и ранее упакованные одеяла оказались незаменимыми.

Никогда не забуду то чувство, когда впервые увидела колонну танков, движущуюся нам навстречу в одном из сел. Мы ехали одни на проселочной дороге и мое сердце сжалось от неизвестности, чьи это танки и что может произойти. 

Но проезжая мимо колонны, мы поняли, что это наша армия. Ребята радостно помахали нам, их лица были полны уверенности в нашей победе. 

С трудом мы нашли дом в селе на западной Украине, куда и заехали чтобы обдумать наши дальнейшие действия.

Как ты выехала из страны?

Оставаться на территории Украины было небезопасно, и я была ответственна не только за своего ребенка, но и за мою коллегу Софию, которая по стечению обстоятельств оказалась с нами в тот день в Буче. Поэтому мы приняли решение, что девочки должны покинуть страну. Для мужчин выезд был закрыт в первый же день, поэтому нам пришлось выезжать самим. Границы были перегружены, машины стояли в очереди по несколько суток. Нам пришлось пройти пешком через границу, что мы и сделали.

Было крайне трудно расставаться с мужем и родными, которые, по той или иной причине, не могли или не захотели покинуть Украину.

Однако, благодаря друзьям из нашей индустрии, мы смогли найти наиболее удобные пункты пропуска и маршруты через Молдову и Румынию. Мы чувствовали поддержку со всех стран мира: на каждой границе нас встретили волонтеры, готовые помочь беженцам с организацией трансфера, жилья и питания.

 

И, наконец, мы добрались до Черногории, которая стала для нас вторым домом.

Как продолжала функционировать компания?

В связи с началом войны многие сотрудники нашей компании, большинство из которых были из Украины, были вынуждены покинуть свои дома. Кто-то уехал заграницу, кто-то уехал в более безопасное место внутри страны. Но несмотря ни на что, все продолжали работать на полную мощность.

На конференции в Дубай нас подменили наши коллеги из других стран, наш коллектив работал слаженно, и мы быстро адаптировались к текущей ситуации.

За этот год наша компания выросла колоссально, и теперь нам уже ничего не страшно – мы готовы справиться с любой ситуацией.

Как думаешь, что было бы, если бы ты не уехала вовремя из Бучи?

Мне страшно представить, что могло бы произойти. Все мы читали эти страшные истории в СМИ, я слышала их от своих знакомых, кто не успел уехать из Бучи. Моя свекровь пережила оккупацию в Ирпене, сидя с соседями в подвале дома под артиллерийскими обстрелами. Стекла в квартире были выбиты, спали при -7, готовили еду на костре, а воду брали в ближайшем колодце в парке. Связи с ними не было, мы до последнего не знали, живы ли они. 

Первый раз я приехала домой через месяц после освобождения города.

Я увидела разрушенный город, могилы во дворе, очень сложно передать эти эмоции…

В наш дом было несколько прилетов, нужно было срочно отстраивать здание, иначе бы более ста семей осталось без жилья. 

Но украинцы очень сильная нация, к концу лета уже половина города была отстроена, причем за деньги самих жителей и донаты. Война продолжается, а мы продолжаем отстраивать наши дома и судьбы.

Где ты сейчас живешь и посещаешь ли Украину?

Живу с дочкой в Черногории, огромное спасибо этой стране и ее гостеприимным жителям. Спустя год мы живем с двумя чемоданами вещей, вся наша жизнь осталась в Украине. Каждые два месяца я уезжаю в Украину на 3-4 недели чтобы провести время со своим мужем и родными. Для меня каждая поездка — это мини-отпуск, гастро-тур, незабываемые эмоции.

Кто бы мог подумать, что когда-то я буду брать отпуск чтобы поехать из солнечного туристического города Бар в Черногории, чтобы посетить свой дом в Украине 

Я очень скучаю по Украине и надеюсь скоро вернуться домой.

История Максима

Business consultant

Можешь рассказать, событиях которые происходили 24-го числа?

24 февраля я был в Буче. Это был день, когда наши девочки должны были вылететь на конференцию в Дубай. Вечером 23 мы хорошенько посидели, так как собралась часть команды.

Мы старались держаться вместе

Конечно, в СМИ последние дни много об этом говорили и мы, сидя на кухне, тоже делали ставки, обсуждали и, в принципе, теоретически были готовы, хотя и надеялись на лучшее.

Ты был морально готов к таким событиям?

В целом, я готовился к эвакуации, машина была заправлена, вещи более-менее собраны и, главное, я посмотрел прекрасное видео интервью со спецназовцем с позывным “Пилигрим”, в котором он детально рассказал, по часам, что и как будет в случае нападения на крупный город, и даже в качестве примера привел Ирпень и сказал, в каком направлении нужно ехать. Но главное, что он сказал, что как бы вы не готовились к непредвиденным обстоятельствам, вы окажетесь не готовы. Примерно так и получилось.

Вы остались в городе или решили выехать?

Из Бучи мы выехали только после обеда 24 февраля, компанией на 2 машинах. Навстречу нам ехали наши танки, на них сидели улыбающиеся, счастливые воины, в тот момент я подумал, как просто начинаются войны.

Где ты живешь сейчас?

После долгих скитаний мы осели в селе на западе Украины. 

А ведь были мысли остаться в Буче – пересидеть. Слава Богу и нашим девочкам – я не остался в Буче. С того момента прошел год, но 24 февраля я поминутно запомнил на всю жизнь.

История Светы:

SMM/PR

Можешь рассказать, событиях которые происходили 24-го числа?

Вечером 23 февраля, моя родственница вместе со своим ребенком прибыли в Киев, чтобы провести ночь у меня, перед тем как отправиться в Чехию на следующее утро. 

Мы слышали слухи о войне, но тогда никто не мог предсказать, что война постучиться в двери уже завтра.

Ночью я не могла уснуть. Я работала журналистом, и среди моих коллег распространялась информация о возможном нападении, хотя точной даты не было.

Все эти разговоры вызвали у меня беспокойство, стресс и кошмары.

Я включила прямую трансляцию выступления Путина, когда он начал говорить об угрозе наступления и денацификации Украины. Я связалась со своим другом-журналистом, чтобы обсудить это заявление и мы оба смеялись над его громкими заявлениями.

Закрыв ноутбук, я посмотрела на часы и поняла, что уже почти утро. Я должна была хотя бы немного отдохнуть, ведь завтра у меня был важный день – нужно было сдать на монтаж свое расследование для YouTube-канала “Засланці”.

Я ложусь в кровать в надежде уснуть и чувствую, как стены трясутся. Почему-то первое, о чем я подумала, это то, что это точно не авария или взрыв в какой-то из квартир. Только одна мысль в тот момент крутилась в голове – началась война.

Дом, рядом с которым я жила.

Второй взрыв через несколько минут еще сильнее усилил мои догадки, поэтому я первым делом позвонила своему руководителю Олегу, чтобы узнать, что происходит. В ответ я услышала: Началась война.

Что ты чувствовала в этот момент?

Первые минуты мне казалось, что я сплю. Я была в полном шоке, и в голове крутились сотни вопросов. Что делать? Каким образом защитить себя и своих близких? Какие последствия будет иметь эта война?

Но самое страшное в тот момент было то, что моя мама и сестра были в это время у самой границы с Россией, их разделяло всего 20 километров.

Я помню, как с дрожащими руками звонила маме. К счастью, она сразу ответила, но на фоне я слышала плач сестры и серию взрывов, что еще больше вводило меня в панику. Первое, что сказала, было: “Собирайте самое необходимое и едьте в сторону Польши, не ждите, пока они придут в село”.

Мама хотела приехать забрать меня в Киеве, но я понимала, что ехать через город небезопасно. Могли подорвать мосты, взорвать дамбу или что-то еще хуже. Поэтому я приняла решение, что выберусь из Киева сама.

 

Потом возникла еще одна задача – нужно было организовать выезд из Киева для своих родственников.

Тарифы в тот день на такси были космическими. Мы нашли таксиста, который согласился их отвезти только до Львова за 20 тысяч гривен. В тот момент я не знала, как будут дальше развиваться события, поэтому мы переговорили с Мариной и решили, что она будет ехать.

Ты тогда осталась в Киеве одна?

Я осталась в Киеве вместе с моей подругой Настей. Мы старались держаться вместе, нам так было спокойнее. Вокруг царила паника, толпы людей, очереди в банкоматах, в магазинах все куда-то бегут, и на фоне – взрывы. Мне казалось, будто я снимаюсь в каком-то апокалиптическом фильме.

Какими были твои действия дальше, ты осталась в Киеве или уехала?

Я решила переждать одну ночь в Киеве, а рано утром выехать в сторону границы. Подругу я потащила с собой. С выездом нам помог мой руководитель Олег, за что я ему безгранично благодарна, а возле границы нас уже забрала моя мама, и мы поехали в сторону Польши.

Тогда на границе были большие очереди, были ли трудности у тебя с выездом?

Что творилось тогда на границе – это уже совсем отдельная история. Дошло даже до того, что пришлось собой перекрывать дорогу, чтобы другие умники не обгоняли всех и придерживались очереди.

Как 24-тое изменило твою жизнь?

С того дня началась новая жизнь. Я больше не смогла работать журналистом, так как проект закрылся, а возвращаться  в новости не хотелось. Я начала заниматься волонтерской работой, донатить на ВСУ и полностью погрузилась в маркетинг.

История Даши:

Account Manager 

Можешь рассказать, событиях которые происходили 24-го числа?

24 февраля я проснулась в 6 утра от звонка моей сестры. На тот момент я была в Киеве, и моя сестра тоже, но мы живем отдельно. Она позвонила и сказала, что слышит взрывы и что рядом стреляют. Я совсем такого не ожидала и, честно говоря, была немного в шоке.

Что ты чувствовала в тот момент?

Мне было страшно за нее и за всю мою семью. Я очень переживала и меня трясло, но моя сестра сказала: “Только маме не звони, чтобы она не переживала”. Но скоро она сама мне позвонила. И я не знала, что мне делать, потому что раньше некоторые знакомые меня предупреждали, что лучше снять наличные и собрать тревожную сумку, но я не верила что может быть что-то настолько масштабное и страшное.

Киев сейчас

Я сама из Краматорска, Донецкой области, и похожие события уже были в моей жизни. В 2014 году возле нашего дома во двор упал снаряд, и после этого мы собрались всей семьей и уехали. В этот раз я была в растерянности и была одна. Но в итоге  мы созвонились с моей подругой, и она сказала, что она с семьей едет за город, и я еду с ними.

Я собрала рюкзак, и только этот рюкзак с небольшим количеством вещей был со мной на протяжении 3 месяцев.

Где ты живешь сейчас? И какие у тебя планы?

Сейчас я в Киеве, но планирую уехать на какое-то время заграницу, потому что, честно, я устала от отключений света, комендантского часа и обстрелов. Мне хочется побыть в спокойном, тихом месте, где все нормально.

 Но я верю, что у всех нас будет все хорошо, я верю в нашу победу и в Украину.

💙💛

Україна понад усе!

История Андрея:

Team Lead Web Developers

Можешь рассказать, событиях которые происходили 24-го числа?

О наступлении мы подозревали (особенно после 22 февраля, хотя разговоры об этом велись даже за месяц до этого), но все равно была надежда, что это игра на публику.

24 февраля с самого утра я привычно открыл новости около 6 утра и увидел информацию о том, что началось наступление на Киев, а почти сразу после этого услышал ракетные взрывы вдали.

Какими были твои действия?

В первую очередь убедился что это не шутки, затем взялся заклеивать окна скотчем. 

Мы собрали некоторые вещи и на следующий день решили выехать за пределы столицы, чтобы не попасть в окружение. Фактически, первый месяц мы сидели в деревне недалеко от столицы, практически без интернета, параллельно вводя нового коллегу в работу. Затем несколько раз я возвращался в столицу, чтобы перенести некоторые вещи и освободить старую квартиру, но просидел в деревне до осени. 

Где ты живешь сейчас? 

Сейчас я вернулся в столицу, готовлюсь физически и морально к возможной мобилизации, параллельно разрабатывая новый функционал проекта.

История Софии:

Head of Media Acquisition

Можешь рассказать, событиях которые происходили 24-го числа?

Утро 24-го началось с ракет.

6:00 – я проснулась от звуков взрывов, еще не понимая, ЧТО на самом деле происходит.

В этот день мы собирались командой лететь в AE на конференцию AW Dubai. Поэтому за день я приехала в Бучу к Ксюше (нашей СЕО), чтобы 24-го вечером уже вылететь из Борисполя.

6:03 – мне хватило около трех минут, чтобы понять, что происходит. Я пошла будить всех со словами “Война”.

Это слово впоследствии навсегда отпечаталось на всех нас.

Какое решение вы приняли тогда? 

Около 13-14 часов мы решили уехать из города. На дороге была огромная пробка, казалось, что мы никогда не уедем. Я заметила, что люди вокруг тоже собирают свои вещи и уезжают. Жаль, что не все решили пойти тем же путем.

Пролетевший между новых красивых домов Бучи истребитель-самолет вызвал паралич.

Это больше фото-сарказм. Я нашла старую куртку у хозяина дома, так как у меня не было нормальной на ту погоду. Я взяла топор и надела очки за 4 тыс. грн, которые купила для дубайского солнца. Это была шутка над собой.

В переписках в телефоне: война, нападение, ракеты… Я пытаюсь держать связь с родителями, которые находятся на востоке Украины. Тогда мы еще не знали, что там происходит. Никто ничего не знал.

Весь вечер и всю ночь мы ехали. Нас было две машины. Я ехала в первой, и мы прокладывали путь. Нам пришлось объезжать большие скопления пробок, часто по селам, и ориентироваться на карту наших военных складов, которую нашли в интернете. Мы не могли рисковать, проезжая близко к ним, тем более у нас был ребенок.

Бензина нигде не было. Мы двигались в сторону Румынии. У нас были разные мысли: может, проехать границу? Может, остаться в более безопасном месте? Хотя тогда никто не знал, где теперь безопасно.

Где вы остановились на первое время?

Первый день на новом месте, продолжаю работать

После почти суток в дороге мы, наконец, приехали в Черновцы. Нам повезло, удалось снять дом, чтобы решить, что делать дальше. К нам в последствии приехали и другие наши коллеги.

Где-то под вечер 25-го февраля, сидя в этом чужом доме, смотря новости и держа в руках телефон, пришло понимание, что ничего уже не будет как раньше.

Это осознание до сих пор со мной.

Где ты живешь сейчас?

Сейчас я нахожусь в Великобритании, в Лондоне. Когда-то я бы сказала это с гордостью, а сейчас с грустью. Но этот город помогает сосредоточиться. В нем есть особый вайб: все здесь заняты саморазвитием и сосредоточены на результате. А ведь это именно то, что нам нужно. Поэтому мы продолжаем двигаться вперед. Потому что мы из Украины.